Моя Эстония

Телекомментатор Калев Ваппер, освещавший события 30-летней давнос­ти, когда в июле 1980 года в Таллинне проходила Олимпийская регата, вспоминает о некоторых курьезных случаях.

- Насколько большим событием была для тогдашней Эстонии парусная регата Олимпийских игр?

- Это было событие мегамасштаба, в экономическом плане оно открывало огромные возможности для инвестиций. Не будь Олимпийской регаты, у нас не было бы Пирита теэ, телебашни, гостиницы «Олимпия». Тогда же были построены Горхолл — грандиозное для своего времени сооружение, Главпочтамт, Центр парусного спорта в Пирита.

Конечно, строить пришлось быстро, и поэтому на сооружениях заметны следы спешки. Но представьте на минуту, если бы нам сейчас пришлось прокладывать такую магистраль, как Пирита теэ, которой ежедневно пользуются около 30 тысяч жителей Пирита и Виймси.

Парусная регата дала возможность продемонстрировать, что мы в состоянии проводить крупные соревнования международного уровня.

А соотношение между количеством участников регаты и организаторами смело можно вносить в Книгу рекордов Гиннесса. Из-за бойкота Московских олимпийских игр в Таллинн приехали всего 154 яхтсмена из 16 стран. А организацией регаты, в том числе культурной программы, занимались 9000 человек.

Сравните: только что в июне в Таллинне прошел чемпионат Европы по парусному спорту в классе Laser, организацией которого занимались всего 150 человек. В соревновании участвовали свыше 300 яхтсменов из 42 стран стран.

- Как советская система контролировала регату?

- Конечно, секретные службы не могли остаться в стороне от такого события, но у КГБ возникла небольшая проблема.

Если на других спортивных мероприятиях сотрудники этой конторы могли затесаться среди публики или организаторов, то соревнования яхт проходили в море, так что сотрудникам КГБ — в одинаковых серых костюмах и коричневых ботинках — не оставалось ничего другого, как болтаться по Пирита.

- Каким образом проявлялся идеологический нажим?

- Еще до Олимпиады на советскую сборную по парусному спорту оказывалось огромное давление: советские спортсмены должны выступить лучше всех, ведь регата проходит у них на родине. Проводились комсомольские собрания, составлялись планы — сколько золотых, серебряных, бронзовых медалей надо завоевать.

Вообще-то сборная СССР показала себя не с лучшей стороны. Только Валентин Манкин получил «золото», да завоевали еще одну серебряную и одну бронзовую медали.

- Запомнилась ли Таллиннская регата какими-то не­обычными происшествиями?

- На углу причала Калев установили сделанное в Ве­нг­рии электронное табло стоимостью миллион золотых рублей. На табло, каких не было ни на одном стадионе в Эстонии, высвечивались слова «Добро пожаловать!» и «До свидания!», а иногда результаты, показанные я­хт­сменами. Во время соревнований никто на табло не смотрел, но нужно было продемонстрировать, что у нас все по последнему слову техники.

Это дорогущее табло еще несколько лет ржавело у причала, пока его не сдали на металлолом.

Председатель оргкомитета Арнольд Грен по время церемонии открытия регаты оговорился, сказав, что завершилась продолжавшаяся пять лет подготовка к Олимпийской регате, в ходе которой строители, спортсмены и другие люди трудились как «сонные пчелы».

Перед телевизионщиками была поставлена задача перемонтировать выступление к вечернему повтору так, чтобы от «сонных пчел» не осталось и следа. Сделать это с помощью тогдашней техники было сложно, и бригаде монтажеров пришлось потрудиться.

Или вот еще история. Финский яхтсмен Эско Рехардт, выигравший «золото» в классе Finn, соревновался на яхте, одолженной у эстонского спортсмена Ааре Кёэпа. Такой поступок расценивался как преступление, и Кёэп, исключенный из советской олимпийской сборной, вынужден был какое-то время прятать эту яхту.

Кстати, недавно Рехардт побывал в Таллинне и вспомнил, как за него переживали эстонские болельщики.

Арго Идеон,

rus.postimees.ee