EAS: эстонский бизнесмен в России должен быть готов к конкуренции и бюрократии
Условия жесткой конкуренции российского рынка эстонским компаниям
выдержать нелегко. Однако есть такие группы товаров, спрос на которые у
восточных соседей высок, а значит, их можно назвать перспективными,
считает представитель эстонского Фонда развития предпринимательства (EAS) в Петербурге
Тоомас Кястик.
Как развиваются бизнес-отношения между Эстонией и
Россией и какие группы товаров из Эстонии наиболее успешны на российском
рынке?
В последние годы торгово-экономические отношения между Эстонией и
Россией развиваются весьма динамично. Яркий всплеск был в 2004 году,
когда Эстония стала равноправным членом Европейского Союза. По данным за
2010 год, эстонский экспорт в Россию вырос на 41%, общий товарооборот
перевалил за 1,6 млрд евро, что тоже является весьма и весьма хорошим
результатом.
Если говорить о группах товаров, которые наиболее активно
экспортируются из Эстонии в Россию, то можно выделить три группы. В
первую входят изделия из металла, металлообработки, машиностроительной
продукции, которые из общего нашего экспорта занимают около 37%, что в
2010 году составило более 300 млн евро.
Вторая перспективная группа — это продукция эстонского агропрома, в
том числе и продукты питания. Эта группа составляет примерно 23% нашего
экспорта в Россию - 194,9 млн евро.
Третья группа товаров, которые мы экспортируем — это стройматериалы. И
то, что на эту продукцию в северо-западном регионе России, в
Санкт-Петербурге, имеется спрос, на мой взгляд - очень хороший знак
того, что там хорошо справляются с последствиями экономического кризиса.
Это показывает, что у потребителей появляется вера в будущее.
Вы сами, пребывая в Северной столице России предпочитаете эстонские или российские продукты питания?
Мне приятно, что на полках магазинов можно найти привычные мне
молочные продукты, например, сыры. Однако и среди российских продуктов
есть очень хорошие, поэтому я не могу сказать, что покупаю только
эстонскую продукцию (Улыбается).
Что касается продуктов, они в Петербурге всегда были на
хорошем счету. А как две другие названные Вами группы товаров
выдерживают конкуренцию?
Безусловно, конкуренция на российском рынке очень жесткая среди всех
товарных групп, особенно в отношении товаров ширпотреба. Мегаполисы,
такие как Москва и Петербург, очень привлекательны для международного
бизнеса. Многие страны рвутся на российский рынок, в частности на рынок
северо-запада.
У нашей продукции, однако, есть очень хороший потенциал. Могу
сказать, что эстонские товары выдерживают такую сложную конкуренцию
благодаря соотношению цены и качества, но это отнюдь не означает, что
эстонским фирмам на российском рынке просто. Хорошо, если продукции
удается зарекомендовать себя, как бренд. Но создавать бренд — дело
весьма не дешевое и не быстрое. А если учесть пространства Москвы или
Санкт-Петербурга, то создать его не всегда и не всем по силам.
Каков среднестатистический портрет эстонской фирмы, которая сможет выдержать конкуренцию на российском рынке?
Компании, которые собираются выйти на российский рынок должны быть
прежде всего самостоятельными на внутреннем рынке Эстонии и иметь
капитал, чтобы выйти на экспортные рынки и опыт. Что касается именно
российского рынка, то надо учитывать весьма жесткую конкуренцию, так как
не для любой компании выдержать ее окажется по зубам. Чем сильнее
компания, тем она будет более успешной. Конечно, это не значит, что
российский рынок - только для крупных фирм, но в данном случае размер
тоже имеет значение.
В чем заключаются существенные отличия между развитием предпринимательства в Эстонии и России?
Чтобы ответить на этот вопрос не хватит и курса лекций. В общих
чертах, эстонская экономика прозрачна и открыта для внешней торговли уже
с начала 90-х. У нас есть большая разница в секторе средних и малых
предприятий, которым в Эстонии уделяется большое внимание со стороны
правительства.
Если говорить о России, то одно то, что там огромное пространство и
142 млрд жителей накладывает отпечаток на весь бизнес. Естественно, это
пространство обладает высоким потенциалом. Что касается принципов
внешней торговли, уровня протекционизма, то и в этом существует огромное
отличие. Россия, как многие другие крупные страны, имеет свои точки
зрения о том, как регулировать внутренний рынок, как создать условия для
отечественного производителя. Мы все, и Эстония в том числе,
поддерживаем стремление российского правительства к вступлению в ВТО —
это позитивный знак.
Не считаете ли Вы бюрократию, которая в России развита, преградой для развития бизнеса?
Да, действительно бюрократия есть, но она существует везде.
Бюрократия в хорошем смысле слова может иметь позитивный характер, ведь
без корректного делопроизводства дела не движутся.
Власти Эстонии взяли курс на прозрачное делопроизводство. И те
усилия, которые вкладывали в развитие электронного делопроизводства,
электронного государства, дают свои плоды. Замечательно, что жители
Эстонии хорошо воспринимают новаторство и пользуются новыми
возможностями.
В России объемы делопроизводства совсем другие и, естественно,
непривычны для наших предпринимателей, которые выросли в одной среде, а
попали — в другую.
Но в России весьма серьезно занимаются этим вопросом. И позитивным
является то, что эту проблему осознают на высоком уровне. Реформы в этой
сфере в России не могут проводиться так же быстро, как в Эстонии, так
как и пространство и объемы там совсем иные. Но если они уже выработали
новую систему, то появится и эффект.
Коррупция — эта тема, которая часто затрагивается в связи с Россией. Как в реальности обстоят дела?
Я не припомню, чтобы во время моего назначения в Санкт-Петербурге я
сталкивался с таким явлением. Само явление — прискорбно. Не секрет, что
эта проблема не нова для России и имеет долгие корни. Так как я не
юрист, я не в курсе деталей.
Но знаки того, что государственные структуры борются с этим явлением,
я вижу. Как нынешний президент России, так и премьер-министр обращали
на это внимание и теперь проводятся реформы, в том числе судебная
реформа, реформа по мерам наказаний для тех преступлений, которые
попадают под статью коррупции. Теперь не только шведскими шторами
(разговорное название тюрьмы или исправительного дома в немецком языке,
прим. ред.) наказываются, но и рублем.
Искоренят ли коррупцию в России, и когда придет время пожинать плоды проводимых реформ?
Я бы очень хотел знать ответ на этот вопрос, но боюсь, что вопрос не
ко мне (Смеется). Надеюсь, что система реформ будет успешной.
Безусловно, пропускная система на пограничных пунктах между Эстонией и
Россией оставляет желать лучшего, и уменьшение очередей на границах
повлияло бы позитивно на развитие бизнеса. Но граница — это общее
пространство, поэтому этой проблеме уделять внимание должны обе стороны.
Причем заинтересованность сторон должна проявляться на деле.
МВД Эстонии внедряет систему электронного бронирования очереди для
международных автоперевозчиков на пограничных пунктах, которая, надеюсь,
начнет работать уже в августе. Кроме того, эстонская сторона провела
реконструкцию моста между Нарвой и Ивангородом. Сейчас ведется
деятельность в том направлении, чтобы повысить физическое пространство,
количество ворот, но кардинально изменить ситуацию сможет лишь
строительство нового моста с развитой инфраструктурой с обеих сторон.
Для этого не только важна экономическая составляющая, но и такие
факторы, как безопасность окружающей среды и безопасность дорожного
движения. Ведь сейчас сколь не повышай пропускную способность, например,
между Нарвой и Ивангородом, путь огромных потоков все равно проходит
через центры городов. Безусловно, службы, которые регулируют движение с
обеих сторон, работают надо тем, чтобы повышать безопасность, но чем
больше поток транспорта, тем выше вероятность того, что могут случиться
ДТП и нарушиться экологическая среда.
Как Вы думаете, будет ли достигнуто соглашение о безвизовом режиме между Россией и ЕС?
В этом вопросе не существует политических моментов. Есть ряд
технических вопросов, которые надо решать. Чем ближе государства
географически, чем выше общение между соседями, тем больше стремление к
безвизовому пространству. Надеемся, что когда-нибудь этот вопрос будет
решен. Ведь ЕС и Россия — соседи.