Напишите мне | 41579585 | RSS | Follow MyEstonia_ru on Twitter
Категории каталога
Музыка [90]
Общество [301]
Литература [72]
Живопись [38]
Кино [52]
ТВ [12]
Театр [162]
Главная » Эстония вчера и сегодня » Культура » Литература

Андрей Иванов. Горячий парень из тихой Эстонии
Живущий в Таллине Андрей Иванов, один из самых востребованных авторов для литературных гурманов, в интервью "Голосу России" рассказал об особенностях своего творчества и книгоиздания в Эстонии.

Андрей Иванов.К нему не относится шутка: «Не можешь не писать – не пиши!», с ним как раз все наоборот, он как-то заметил про себя: «Внутри меня есть вулкан, который постоянно действует и переполняет меня лавой. Мне просто однажды пришлось построить огромный литейный завод, чтобы отливать из лавы литеры и выкладывать из них текст. Для меня это стало вопросом жизни и смерти. Если б я не начал писать, мне бы пришлось делать что-то еще». Андрей Иванов – один из самых востребованных авторов для литературных гурманов, для тех, кто, в первую очередь, ценит точное слово и образ, музыкально-литературную тему и мысль, созерцание и авантюрность желаний.

Лауреат конкурса имени Марка Алданова 2007 года за повесть «Мой датский дядюшка». В 2008 году его повесть «Зола» была признана лучшей и награждена международной премией им. Ю. Долгорукова. В 2009 году роман «Путешествие Ханумана на Лолланд» вошел в шорт-лист «Русского Букера», Международный конкурс «Русская премия» награждал Иванова дважды – второй диплом в номинации «крупная проза» за роман «Горсть праха» в прошлом году, второе место в номинации «малая проза» за повесть «Кризис» – в этом. Корреспонденту «Голоса России» удалось встретиться с Андреем Ивановым в Москве и задать ему несколько вопросов.

В Вашем самом известном романе автор повествования и его приятель индус Хануман «беженствуют» по Дании, голод и холод не мешают им активно созерцать окружающий непривычный мир и быт совсем других людей, собственно ткань романа и «плетется» из созерцания и философствования. А кто герой вашей новой повести «Кризис»?

– Несмотря на название, повесть не о кризисе, а о человеке, который пишет новеллы. В них он пытается преодолеть хаос, который на него давит извне. В этих новеллах герой создает герметический мир, который помогает ему преодолевать фантасмагорический и иллюзорный окружающий его мир. Настоящий же мир – внутренний, в котором человек существует как творец. В обыденной жизни мы много делаем механических движений, и чем быстрее развивается Интернет, тем активней приходится копошиться, чтобы угнаться за современным миром.

– Получается, что Ваш герой бежит от жизни в созданный им мир литературных произведений?

– Не совсем так. Реальные чувства герой обнаруживает внутри себя, к примеру, понимает, что хоть и прошло 20 лет, но любовь его по-прежнему жива, но реализуется она, к сожалению, только в его новеллах. В жизни он пытается свести концы с концами и самые обычные решения ему даются очень трудно.

– А какая форма жизни понятна Вам и многое ли в ней удается?

– Любые формы жизни таинственны. Парадокс постижения сути жизни заключается не в понимании жизни, а в погружении в состояние изумленного восприятия мира, где знакомые вещи линяют, сбрасывая словесную чешую, и предстают перед глазами сосудами безмолвия. Как лампы в старых радиоприемниках… Если долго к ним присматриваться, можно улететь на Марс.

– А в какие тексты «прячетесь» от жизни Вы, проще, каковы Ваши пристрастия в литературе?

– Мне трудно угодить. Больше люблю перечитывать старое или то, что про­пустил по оплошности, или ввиду неудачно сложившихся обстоятельств. Селин, Жене, Герард Реве, Габриэль Витткопп. Особенно нравится Реве, не знаю почему. Когда начинал писать роман «Путешествие Ханумана…» был под сильным влиянием Гамсуна и Генри Миллера, а теперь я к ним совершенно равнодушен. В свое время Шишкин порадовал «Взятием Измаила», Климова – «Белокурыми бестиями».

– А как существует русская литература в Эстонии?

– Именно в повести «Кризис» я пытаюсь это объяснить. Мой герой боится выпускать сборник новелл, он старается остаться незамеченным, не привлекать к себе внимания, спрятаться в раковину.

– Не кажется ли Вам, что читателей серьезной литературы не только с Эстонии, но и в России стало меньше?

– В Эстонии у меня есть круг общения и понимания, люди часто приглашают рассказать о своих произведениях. Но мне всегда казалось, что для моих книг тираж в 300 экземпляров для русских читателей в Таллине вполне достаточен.

– А для России?

– Думаю, не больше 3-х тысяч экземпляров.

Конечно, Андрей Иванов скромничает. Он очень ярко начал, два романа, повести, новеллы… Просто литературная стрелка движется не так быстро. Иванов разительно отличается от подавляющего большинства публикующихся сегодня авторов. Он не стремится засветиться на страницах столичных СМИ, не рвется в тусовки, он несуетно делает то, что, собственно, от писателя, живущего в связи со своей культурой, и требуется — создавать честные и бескомпромиссные книги.

Мария Юргенсон
«Голос России»
Категория: Литература | Добавил: shepot (17.05.2011)
Просмотров: 1573 | Рейтинг: 0.0/0 |
Тэги материала:Реве, Мой датский дядюшка, Иванов, русская литература, Русская премия, Русский Букер, Шишкин, кризис
Еще материалы по теме:
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
[ Регистрация | Вход ]
Суббота, 20.01.2018, 13:42
Поиск
Друзья сайта
Статистика
Рейтинг@Mail.ru Rambler's Top100